Как мы не попали в Рахов

Содержание
Аннотация.
Вводим? Вводим..
Рождение замысла..
Экипаж танка..
Тайна, покрытая раком..
Он сказал «поехали» и махнул рукой.....
Поезд «Киев — Ивано-Франковск».
Пьяное такси.
Не кочегары мы, не плотники?.
Лесной пикник и капелька нежности.
Изгнание из рая (кочегарки)
Малая Говерла..
Говерла..
Спуск на грешную землю...
Лирическое отступление.
Почти внизу.
От турбазы до деревни.
Село Лазещина и её славный вокзал.
Львов привокзальный.
Львов. Просто Львов.
Львов-Киев.
На прощание.

---

Аннотация

Четверо в лодке, не стесняясь собаки...

Вводим? Вводим

Таки здравствуй, читатель, я рад приветствовать тебя в начале твоего (увы виртуального) путешествия с нами, которые волею судеб и происками Дружественной Вселенной, сподобились совершить одну из лучших в своей жизни вылазок в Карпаты.

Рождение замысла

Кому же все-таки из нас (себя понятно не считаю :)) пришла светлая идея, покорить Говерлу, я так толком и не понял. На этот вопрос оставшиеся трое попутчиков-собутыльников, поочередно тыкали друг на друга пальчиком и молвили примерно одни и те же формулы: «это он/она — малацца такая», либо «это он/она виновата». Так что будем считать, что к Коллективному Бессознательному, где витала эта идея, подключились все одновременно, кроме меня. Я оказался всего лишь Посвященным! :) Идея посетить Говерлу мне понравилась сразу, ибо будучи в Карпатах, я, кроме Пикуя не видел... ничего.

Экипаж танка

ДимаШШШ...Шкундин — рулевой обоза, штурман Билли и бессменный командор. Всевидящее и главное ТРЕЗВОЕ око экипажа. Глаз Саурона. Может. И умеет. Особые пристрастия — чай с капустой. Жизненное кредо — «нивапрос!»

Маринка-Бландинка — элемент хаоса и сгусток непосредственности. Веселье и драйв — это её все. Умна и безбашенна одновременно. Минздрав предупреждает: Передозировка общением с Блондинкой может быть опасна для вашей крыши! :). Особые пристрастия — короткие шортики в любых условиях и прыжки по лужам. Рахов — форева! :)

Женька-Брюнетка — меня терзают догадки, что у Женьки когда-либо в роду была фамилия Наливайко. Наливает любовно и мастерски. Предмет воздыханий гуцулофф. Вбирает нежность по капельке. Подпитывает не только положительными эмоциями, но и реальными витаминами. «Тайное» желание, оно же особое пристрастие — выбросить запасы всей мировой овсянки в большую лужу и долго-долго, прыгать по ней, взявшись с Мариной за руки.

Ромка Клембицкий, то есть я
— эх, прокачу! Нет, не так. Эх, накачу! Вот так.

Тайна, покрытая раком

Вот чего я не понял, дорогая редакция, да и наверное никогда не пойму и поэтому просто постараюсь принять сие как данность и, будучи не в силах изменить ситуацию, попытаюсь изменить свое отношение к ней :). Итак, ближе к телу. Пожалуйста, дорогой читатель, если ты ортодоксальный турист и сейчас ты стоишь, или сидишь не очень устойчиво, то пока читаешь это, прошу тебя держаться крепче за что-нибудь, или за кого-нибудь. Готов? Поехали. Я, Роман свет Владимирович, находясь в здравом уме и твердой памяти... ВСЕ ЕЩЁ не понял... и не пойму... зачем??? (НАФИГА???) я брал в этот поход:
1) Палатку — чиста сувенир.

2) Спальник — все время пылился на дне рюкзака.

3) Надувную подушку — все равно Блондинка с Брюнеткой уже бы не надули. Осчастливили этим только один раз в Крыму. И фсё.

4) Котелок — за все время похода, я его в глаза не видел. Ваще.

5) Тарелку — отсек, где она была, даже не открывался.

6) Фляжку — водку пили сразу же, переливать было просто некогда. Не успевали :).

7) Гречку, тушенку и прочее — гречка... рассыпалась падла, когда открыл в Киеве рюкзак. Собирал урожай гречки в домашнем ковре. Никогда не любил сельскохозяйственные работы. Особенно дома.

8) Дождевик — всё равно капюшон оторвал.

9) Тапки сорок последнего размера (да, я такой :)) — заняли пол-рюкзака, толку ноль, а вещи перекладывать мешали.

10) Пилу цепную — по приезду домой, случайно обнаружил в рюкзаке. Вертел в руках. Долго думал.

Он сказал «поехали» и махнул рукой...

Встреча туристов произошла на киевском ж/д вокзале. Мне воздалось — меня узрел командор, ехали можно сказать, в одном трамвае до этого и до вокзала уже шли вместе. Это к добру, подумал я, ни разу не суеверный человек. Затем, чисто случайно, заметили Андрюху, в моем отделе работает, смотрим — метется, после тренировки домой, а мы — из дома. У него случился культурный шок, когда увидел нас с Димой в рюкзаках. Мы воспользовались его состоянием прострации и, по-приколу, весело и настырно, как цыганские дети начали его уламывать, ехать с нами. Просто так, бросив всё — взять и поехать. Уговорить его — не уговорили, но искру сомнения заронили однозначно. Но это мы шутили. А ваще, я думаю, что каждый из нашей четверки, в принципе склонен к тому, чтобы выйдя для совершения обыденной операции по выносу мусорного ведра, в трусах и тапочках, а потом... перезвонить родным через три дня и радостно сообщить: «а я тут с друзьями в этом... как его? В Рахове! Скоро буду! :)». Спонтанности нам не занимать.

Поезд «Киев — Ивано-Франковск»

Ехать в Ивано-Франковск нам было суждено согласно известному библейскому принципу «каждой твари — по паре». Это я узнал прямо на перроне, после чего мы с Димой отправились искать свои вагоны. Вагон я нашел быстро, быстро и загрузился, вышел подышать на перрон, ну и как в пьесе одной, звучит в моих мыслях фраза: «уж полночь близится, а Германа все нет». Или так: «а Хрюши все нет». Это я Маринку с Женькой выглядывал :). Наконец, минут за 5 до отправления поезда, узрел Женю, бегущую к своему «дому на колесах». Ага, понятно, сказал я себе, видишь Женьку, значит Маринка тоже тут. Это правило впрочем отлично работает и в обратном порядке. Они ж у нас всегда вместе, как близнецы, к счастью не сиамские.

Марина уже получила доступ в вагон, но с проходом вышла заминка, зацепилась понимаете ли кариматом на рюкзаке и, пытаясь победить сопротивление каримата, извивалась в дверном проёме, очень трогательно и эротично. Ввиду того, что до отправки времени оставалось всего-ничего, я не успел сполна насладиться зрелищем и нежно подхватив Марину под рюкзак сопроводил до нашего отсека, который, естественно, был возле туалета. Ну это нам не привыкать.

Соседями оказались какие-то мужики из Франковска, от вида которых мне стало немного грустно. Подумал, ща будут бухать до утра и все-такое. Все оказалось с точностью до наоборот — бухали мы, до и после полуночи, а те спокойно спали.

Как обманчива природа! Марина, как настоящая деловая и спонтанная бизнес-вумен, сразу же, не отходя от кассы, решила приступить к ДЕЛУ и достала из хорошо знакомого гламурно-розового рюкзачка бутылку водки, стакашки и молвила: «ну что, нужно снять стресс». Я согласно кивнул: «сразу видно, Мари, что вы на отдыхе. Давайте же выпьем за отдых, но перед этим мы выпьем за встречу». Выпили и сразу же тронулись. Поездом.

Темп взяли хороший и когда к нам зашли Дима с Женей с гостинцами, мы сняли стресс уже на много дней вперёд. К тому же начали склонять и новоприбывших. Склонялись долго, сидя вчетвером на двух боковых сиденьях и чувствовали себя уютно и душевно. Веселье из нас перло, мы бодро «заливали бак» и жизнь была прекрасна и удивительна.

Затем возникла идея «вдарить по пиффку», а в вагоне не продавалось. Остановок не было. Желание неудовлетворено. Вывод? Вагон-ресторан. Пошли? Пошли, чего там.

Вот сорвались и пошли. И не пожалели. Там было больше места, можно было постоять даже, по вагону гулял сквознячок и... было пиво :). Ура! Столик, пиво, высунутые в окно горячие головы и прохладный поток встречного ветра приятно бодрит и тянет на подвиги. До чего ж хорошо-то а, мать-перемать! Простите мой французский, но иногда бывает так классно, что хочется и сказнуть классно. Душа просит.

Когда налились пивом по самые гланды, постепенно решили возвращаться на базу. Это было непросто, нужно было соблюдать в голове нумерацию вагонов и не проскочить сгоряча наш. Ходить по поезду, да по жаре, слишком экстремальное удовольствие для отдыхающих. Выход был найден и он был прост как три копейки и веселый... как не знаю что. Короче, шли мы цепочкой по вагонам, проходя каждый, хором орали друг другу: «первый!!!» и показывали один палец. Дальше: «второй!!!» и уже два пальца. Благодаря такой супертехнологии, мы таки не пропустили наш вагон и получили массу удовольствия.

После пива пьянка стала терять свою воспитательную ценность и вечеринка начала стухать. Ну это я пишу быстро, на самом деле все это было не так уж и быстро, за окном уже царствовала ночь и народ уже в большинстве своем похрапывал в такт стуку колес. Женя с Димой поддались гипнозу всеобщего сна и тоже изъявили желание «подавить на массу» и были отпущены с миром. Ну а мы с Блондинкой. Эх, господа трезвомыслящие, не оставляйте нас более наедине, да ещё и с водкой. У нас, на поверку, оказывается одна умная голова на двоих, да и та... дуракам дана :).

Короче пьянство продолжалось, но уже гораздо более скромными лигрылами (лигрыло — литр-градус-рыло — универсальная мера пития). Были наши дискуссии «за жизнь», прерывающиеся громким смехом дискутирующих и жалобными воплями соседей: «ну дайте же человеку поспать!». Были и беготня по вагону и совместные выходы на улицу, дабы освежиться, опосля чего проводники, привыкнув к нашему альянсу, стали называть нас молодожёнами. Но мы в этом их и не разубеждали, потому как с молодожёнов, как и с детей спросу меньше — все им прощается наперед. Также и нам была выдана пожизненная в этом поезде индульгенция. Вот так мы и жили, уже и наступило утро, а мы все куролесили, хотя и потише. И аккурат при восходе отрубились.

А с утра-пораньше, у нас снова были Дима с Женей, бодрые и выспавшиеся, в отличие от нас, сонных зомби, впрочем и мы расчехлились достаточно быстро. Правда Маринка вела на 95% лежачий образ жизни до самого Ивано-Франковска. Особенно тяжко из-за этого пришлось вуйкам, которые стояли перед туалетом и краем глаза, как им казалось :), любовались шортиками и прочими достоинствами, грациозно уснувшей на второй полке Блондинки и, в результате, забывали входить в туалет в свою очередь. Красота — страшная сила, может победить даже одну из самых естественных потребностей, или нужд, как их там еще называют :).

Трезвые мы, снова стали очень приличными людьми и листали журнальчик с красивыми картинками и фотками Карпат в том числе, обсуждали крымские опусы и житие-бытие.

Вот таким вот волшебным образом, мы и прибыли, впервые в моей жизни, в славный город Ивано-Франковск. Причем сей город, мне понравился еще из окна поезда, что бывает нечасто. Как-нибудь надо будет организовать экскурсию в сам город. Будем думать, а вернее думать не нужно, просто взять и поехать.

Пьяное такси

Ивано-Франковск встретил нас солнечной погодой и впервые, в моей бродяжьей жизни, Карпаты встречают нас солнечной погодой, и...

таксистом, которого нанял Дима еще в Киеве. Таксист, улыбнувшись экономно, но вежливо, галантно отобрал у Марины розовый рюкзак и жестом пригласил измерить в длину бесконечный перрон Ивано-Франковского вокзала. Хм, надо быстрее завязывать с Ивано-Франковском, ибо очень уж долго это слово набирать :). Мы подошли к такси и погрузили туда свои рюкзаки, но это было еще не все. Блондинка и Брюнетка, очень быстро и очень организованно метнулись в гастроном, где оперативно закупились походным набором настоящего автоалконавта.

Ну быстро, это по-женски быстро, а если по-нашему, по-пасански, то я уже начал погибать на солнце и выискивал хотя бы небольшую тень. За это время успел отстоять очередь и пополнить телефонный счёт. Только пополнил, а тут уже Женька с Маринкой, тоже такие себе... пополненные грузом и довольные страшно. Садимся в авто, я только успеваю кинуть своим короткую смс «доехал нормально», поворачиваюсь к попутчицам, сидящим рядом на заднем сиденье, а тут уже налито три пластиковых стаканчика с водкой и содержимое одного из них пускает солнечный зайчик мне в правый глаз. Однако! :). Жизнь держись! Водитель, удивленно-оценивающе глядит на литровую мутную бутылку водки и на трёх жизнерадостных молодых существ, выказывающих полнейшую готовность ко всякого рода подвигам и активной жизни... даже в такси.

Затем водитель хмыкает и отворачивается, понимая, что лучшего развлечения чем водка, для нас сейчас нет и не предвидится. А мы принимаемся развлекаться, в весьма и весьма спортивном темпе. Командор, глядя на этот беспредел, делает пару глотков, а потом отказывается, делает вид, что он тут случайно и предоставляет нам право и возможность произносить тосты, за него в том числе. Все происходит очень динамично и весело. Наливайко-Женя работает как хорошие швейцарские часы, мы также не тормозим процесс. Все это запивается глотком «Спрайта» и продолжается заново. Играет музыка — мы подпеваем. Играет «Ласковый Май» — мы ласково орём во всю глотку. Играет «Зеленоглазое такси» — мы поднимаем чарку за таксиста. Таксист уже давно привык к нашему существованию — мы уже давно для него вместо радио, общается он лишь с трезвым Командором, а у нас свой кутёж.

Приходится остановить авто, ибо нам нужна добавка. Но не пугайся, читатель, это не к тому, что мы уже скушали литру, это к тому, чтобы у нас было чего-нибудь на ближайшее будущее. А еще захотелось попить соку, потому как «Спрайт» закончился, а запивать более нечем. Мы с Мариной, на трясущихся ножках, вылазим из такси и ковыляем в магазинчик. С трудом ворочая остатками мозгов, всё-таки выбираем правильную продукцию и загружаемся в такси.

Веселье продолжается, я с трудом успеваю любоваться окружающими видами — постепенно равнины заканчиваются, превращаясь в холмистую местность. А холмы, начинают вырастать до размеров гор, хотя изначально эти горы похожи всего лишь на терриконы подобные тем, что можно увидеть в Донецкой, либо в Луганской области.

Я сейчас, вспоминая, как мы ехали, заливаясь в такси и всячески веселясь, даже не могу сказать долго ли мы ехали, скорее всего долго, но при этом время пролетело как один миг, настолько все было прикольно и насыщенно. Дорога пошла в гору и мы остановились перед чем-то напоминающим КПП, которое собственно контрольно-пропускным пунктом и оказалось. Перед тем, как мы вышли из машины, уже начал накрапывать дождик, постепенно усиливаясь. Узнаю Карпаты, подумал я, так обычно оно и происходило.

Машина остановилась. Неужели вылазить? Простите... но я забыл, как это делается и вообще... я здесь живу!!! :) Но все выходят, значит жизнь круто изменилась. Я выхожу из машины. Оппаньки. Где мои ноги, где моя голова?! Достаем рюкзаки, беру свой — до чего ж тяжёл, сволочь! Что там у нас по плану? Говерла? Сегодня???!! Может лучше застрелиться прямо сейчас? :). Никогда еще мой рюкзак не казался мне таким тяжелым. А тут еще дождь поливает.

Снимаю рюкзак, с трудом достаю дождевик, как-то напяливаю его на себя, одеваю рюкзак.

Пытаюсь найти капюшон, чтобы надеть его на себя, он где-то зацепился за шлею.

Слегка дергаю его, пытаясь надеть на голову. Слегка?! Хм... капюшон тут же остаётся у меня в руке, хотя его отделение от дождевика никак не предусмотрено конструкцией клеёнчатого плаща из довольно-таки плотной клеёнки. Первые секунды, ошалело смотрю на это безобразие, еще не в силах осознать масштаба потери, машинально стряхнув с руки капюшон, который укладывается отдыхать в лужу. Потом мне становится очень смешно, я поднимаю капюшон и зачем-то забираю его с собой, догоняя ушедших вперед товарищей. Неужели мы таки сейчас идём прямо на Говерлу? А в принципе пофиг — танки грязи не боятся, это будет даже забавно.

Догоняю товарищей, слышны женские блондинчато-брюнеточьи стоны и ропот по-поводу нежданно-негаданного подъёма на Говерлу, но мы еще не успеваем толком обсудить (оплакать) ситуацию и тут появляется он. Для меня он возник сбоку. Первое явление вуйка Юрия, это был он произошло слева от меня, и как-будто из воздуха. Где и в каких измерениях он обретался ранее, я не знаю, но вот слева возник он — пожилой усатый мужичок в куртке цвета хаки. Он с первых секунд взял над нами шефство. И правильно сделал, по-моему.

Не кочегары мы, не плотники?

Сначала мы пробовали устроиться в номера спортивной базы «Заросляк» (это была она), но местов не было, либо мы не слишком хотели жить на базе. В общем и целом, сторож взялся за нас серьёзно и пообещал устроить к себе в кочегарку. Идея понравилась. Вернулись назад к двухэтажному суровому зданию. Вход в кочегарку проходил мимо навеса, под которым стояла тачка и лежала нехилая куча угля, по поводу которой у одного пацана, беседовавшего с нашим сторожем, возник закономерный вопрос и весьма колоритно оформленный: «чуєте, дядьку, а нах...я, вам стільки угля дох...я?». Так вот, вопрос был чуть позже, а пока мы пошли рассматривать аппартаменты. Начали с пентхауза. Лестница, что вела на пентхауз, вела почти вертикально вверх, держаться приходилось за ступеньки и, я, пока лез туда с рюкзаком, на время совершенно протрезвел, особенно когда по ходу обдумывал перспективу выхода из сего помещения, допустим ночью по нужде.

Ну что вам сказать, мне кажется, что катиться с Говерлы было бы менее травматично.

Вы никогда не летели вниз головой с чердака? Поверьте на слово, не каждый опыт в своей жизни обязательно нужно испытать, кое-от чего можно и отказаться. Ну а наверху, обстановка оказалась крайне спартанской. Мы еще до такого не докатились. И вообще, захотим стать Диогенами — заживём в бочках. Сторож все понял без слов и мы спустились обратно. Я так подозреваю, что нас вверху селить особо и не собирались, скорее всего осмотр второго этажа просто входил в программу экскурсии.

Вуйко не слишком долго томил наши души и всё-таки показал нам комнатку, хочу заметить довольно уютную, на которую мы и положили глаз, а позже и тела, особенно учитывая то, что на улице хлестал дождь и бушевала гроза. Тут мы и прописались.

Но прописались мы не одни — вуйко Юра не желал лишаться приятного дамского общества, ну может быть и мужского тоже, кто его знает? :). Понятно, что ему тут было скучновато, а тут мы — молодые задорные. Короче говоря, народ развалился на кроватках и невооруженным глазом было видно, что тут все не дураки поспать.

Только вуйко не унимался, все чего-то рассказывал и рассказывал. Я решил его отвлечь и пригласил покурить под навес, к куче угля. Вышли, уселись на пеньки и потекла беседа, в основном одностороннего характера, потому что слушал я, а говорил он. Большей частью речь шла про Афган, где он служил, про жизнь там, про жизнь здесь и про много чего. В принципе довольно интересно и целостно, поэтому мы просидели-проговорили около двух часов и время прошло незаметно. А потом пошло заметнее, я чувствовал искреннее желание чуть подрыхнуть, в поезде ведь почти не спал. В это время вуйко рассказывал мне про семь смертельных точек на теле человека, но показывать их отказался. В принципе это было и не важно, меня сейчас можно было бы запросто вырубить и поцелуем в плечо. Но потом ему понадобилось отойти на базу и мы распрощались, как оказалось совсем ненадолго.

Лесной пикник и капелька нежности

Войдя в комнату я застал ту картину, которую больше всего и ожидал увидеть. Все спали как младенцы. Ну да — это правильная альтернатива походу на Говерлу под дождём :). Ну, думаю и я чуток задрыхну, но только я залёг, как народ начал просыпаться и высказывать всякие идеи из серии «а хорошо бы, если бы мы...» и дальше самые разные версии, насчёт дальнейшего времяпрепровождения. В общем сошлись на том, что было бы недурственно прогуляться по окрестностям, тем более, что дождик практически перестал. Сон как рукой сняло. Погулять это мы завсегда готовы, это мы с удовольствием и дважды нам предлагать не надо.

Тут еще и вуйко подошел и снова принялся нас развлекать и, в процессе, разговоров, как-то сошлись в мнении, что самое время посидеть в лесу у костра. Суперидея, всех привлекла и мы пошли по направлению к лесу. Поднялись по мокрой грунтовке вверх, потом сошли вбок и спустились вниз, сквозь мокрую траву, потом снова вверх, на взгорье и вышли на берег реки Прут, которая шумела довольно ощутимо, но к шуму этому мы постепенно привыкли.

Пришли мы, расположились — то есть скинули кой-какие пожитки и начали осматриваться. Любимая обстановка, мокрый лес — сырые дрова. Но что, в Крым зря что-ль ходили? :) Всё это поправимо. Начали мы щипать бересту с деревьев, да смолу, для растопки. Если честно, то смола при разжигании не пригодилось, а вот выковыривал я её из ладоней, а потом отмывал руки еще долго — полностью следы исчезли аж во Львове. Но это все лирика.

К костру мы подошли неподготовленными, для пикника не хватало ни еды ни пития, ни даже кариматов. Дима с Мариной и Женей пошли на базу, взять недостающие ингредиенты, а мы с Юрием начали творить костер. Я было приготовился принимать мастер-класс по разжиганию костра при помощи древесной смолы, но был слегка обломан :). Вуйко взял таблетку сухого спирта, поджег её, сказав: «не помешает» и положил на землю, начав прикрывать веточками. Ну всё по классике. А смола... так и осталась лежать на обочине костра — она так и не пригодилась. Я посмотрел в свои черные и липкие, от смолы ладони и подумал:
«наверное именно так чувствует себя тот, кого поимели». Но вуйко смотрел так по-доброму и столь заботливо ухаживал за костром, что я снова подумал: «а какая разница, чем собственно разжигать — костёр есть и всё тут».

Тут и подошли наши долгожданные туристы, расстелили кариматы, разлеглись, насадили сосиски на шампура, разлили по первенькой и начали готовиться к сладкой жизни.

Пока приготовились сосиски, мы уже слегка вернули себе утреннее агрегатное состояние.

Вуйко был в ударе: рассказывал истории, метафоры, пел песни и частушки, раскрывал премудрости семейной жизни — велел женщин с поводка не спускать, но беречь и так далее и тому подобное.

Я расслабился, но, как оказалось, не только я. Востроглазый вуйко, воспользовался нашей беспомощностью и, не прерывая уроков народной мудрости, начал бесчинствовать в сторону Женьки :). Я, по-приколу, крикнул ему: «чуєте, вуйку, облиште лапАти мою наречену за цицькИ :)». Этого хватило, но совсем ненадолго — он прочно усыпил мою бдительность рассказами про войну, а последнее, что я слышал, отходя в царство Морфея, был увлекательнейший рассказ о преимуществах немецких танков, над советскими во время битвы на Курской дуге. И Женя...

которая, даже не моргая, старательно кивала головой, как-будто сама вспоминала Курскую дугу и особенно танки всех национальностей. Ежели у кого возникнут вопросы по военной технике, спрашивайте Женьку — она уже признанный эксперт.

Проверено электроникой :).

Когда я проснулся, было уже темно и вуйка не было. На каримате было хорошо и тепло, несмотря на окружающую сырость, с которой героически сражалась Марина. Я не знаю, что произошло, за время моего сна, но Марине просто чертовски хотелось поработать. Судя по энергетике, она вполне была готова к ночному запуску на Говерлу. А сейчас она просто отращивала костер таких масштабов, что я постоянно отползал дальше и дальше от костра, рискуя лишиться ресниц и бровей. Не хочется, знаете ли. Брови, это иногда единственное средство передвижения, после хорошего загула, а спать ночью в лесу в такую погоду — это самый крайний случай :).

Женька лежала утомлённая и задумчивая. Я спросил: «Женя, ну что там было?». — Немецкие танки и... капелька нежности :). Нам удалось уговорить Марину остановиться и не пускать в расход весь, оставшийся лес, потому как в костре был уже такой запас дров и столько тепла вокруг, что ночёвка в кочегарке уже теряла бы всякий смысл. Наконец все улеглись и спокойно доедали полуобуглившиеся сосиски, запивая остатками водовки.

Пришло время возвращаться. Вернулись. Девушки как-то очень уж быстро уснули, такое ощущение — будто несколько дней не спали. А мы с Димой решили дербалызнуть по чайку. Врубили горелку, в тусклом свете лампочки, вскипятили чаёк, заварили и начали по-очереди попивать. Увидели на столе в тарелке свежие капустные листики. Попробовали. Понравилось. Попили чайку. Хорошо. Снова капуста. Сразу же чаёк. Отлично. Просто блеск. Ночной чай с капустой оказался новой классикой жанра. Пропёрлись от этого так, что доели сегодняшний запас капусты. Потом Дима увалился почивать, а я вышел на улицу и допивал чай сидя на пеньке и разглядывая небеса и почти полную луну, покрытую мутной завесой туч. Какая, интересно, завтра будет погода? Зашёл в комнату, потушил свет. Последнее испытание в виде преодоления пространства, заваленного рюкзаками и вещами и попыток не снести стол и не раздавить лежащую Женьку. Половина её спальника в качестве одеяла и... большой дрых. А, кстати, вуйко сказал, что придёт будить в пол-шестого утра. Большой дрых?! :)

Изгнание из рая (кочегарки)

Первое, что осветил первый же солнечный лучик, была фигура ворвавшегося вместе с утренним порывом ветра, вуйка Юры. Первым делом, он бросил пытливый взгляд на Брюнетку, вероятно готовый одарить её новой капелькой нежности, но затем увидел лежащего рядом меня и капелька нежности... не досталась никому. Почему-то он был заинтересован, несмотря на всю доброту к нам, в том, чтобы мы пораньше очистили жилплощадь. Посему это была его первая попытка вырвать нас из царства сна. Мы заверили, что сейчас встаем, а Дима даже утвердился в сидячей позе на кровати. Убедил. Вуйко вышел, Дима снова лёг и мы продолжали кемарить. Через, минут двадцать, заиграл Димин будильник. На этот раз, совсем никто не подрывался вскочить, лишь кто-то спросил: «ааа... это чаво?». Мне ничего не оставалось сказать, кроме как: «это сигнал перевернуться на другой бок». Так и сделали. Это было пол-шестого утра. Подвигов конечно хотелось всем, но на подъём — самый первый и важный подвиг решиться никто не мог. Но тут зашёл наш главный будильник — сторож и начал в который раз рассказывать как идти на Говерлу и как вести себя в горах. Пока мы принимали сидячее положение, он рассказал нам страшилку о пропавшем без вести в этих краях полку мадьяров, численностью в 400 голов.

И пока мы собирались, развлекал нас рассказами и поучениями, а также развлекался сам, наблюдая за нашими сборами. Я, сползая с кровати, здорово удивился, обнаружив в постели палатку, которая непонятно зачем и как там оказалась. Я, честно говоря, не помещаюсь нормально ни в одну стандартную кровать по длине и эта — не исключение, но прикол был в том, что палатка всю ночь лежала у меня в ногах и при этом я осознал её присутствие только увидав её утром. Этот факт меня здорово позабавил и, может быть, только ради этой хохмы стоило взять палатку в этот поход, ибо больше она не пригодилась нигде и никак.

А тем временем сборы шли полным ходом и я, в очередной раз, удивился, как много шмоток я раскидал по всей комнате, впрочем не только я, но моих по-моему было больше всех. А еще я где-то умудрился посеять зубную щётку, хотя версий того, как и когда это могло бы произойти у меня не было. Разве что, какой-то клептоман-извращенец, специализирующийся на краже зубных щеток туристов из кочегарок, проник в помещение и совершил ЗЛО под покровом ночи. Пусть эта версия и останется в качестве основной. Пришлось жить без щетки, но это временно, так как сердобольные Мариночка и Женечка, сжалившись надо мною, купят мне новую щетку во Львове и пусть, воздастся им за это возможностями совершить любой поход, где бы и когда бы он ни планировался. Это мое пожелание туриста для туристов :).

Умылись мы, попили чайку и покинули гостеприимную кочегарку, распрощавшись с гостеприимным хозяином, уделившим нам столько внимания, что забыть его просто нереально. До свидания, вуйко Юрий, пусть все ваши будущие постояльцы, приносят вам только прибыль, хорошее настроение, а капелька нежности для них у вас всегда найдется :).

А наш путь лежал вверх по асфальтовой дороге, в направлении высокого хребта, украшенного снегом. Туда и лежал наш путь и до Говерлы было далеко «як до неба рачки».

Малая Говерла

Асфальт закончился очень скоро, как раз в тот момент, когда мы вышли за территорию базы и я вспомнил, что скорее всего мы забыли запас чая в кочегарке, а другого запаса у нас нет. Порывался я сбегать вернуть нам чай, но Женя с Мариной зачем-то меня отговорили. Наверное решили задобрить домового кочегарки, принеся ему чай в жертву, чтобы в следующий раз можно было вернуться в эту кочегарку и снова чувствовать там себя как дома. Кто знает? :).

А мы вступили в лес с петляющей и богатой узловатыми корнями деревьев тропинкой, уходящей вверх, Достаточно скоро мы определились с маршрутом, который начинался после таблички гласящей о том, что подъём на Говерлу начинается отсюда. После такого открытия мы ощутили несказанный прилив бодрости и дружно зашагали вверх.

Потом Маринке стало жарко и она снова облачилась в короткие шортики. Узнаю блондинку! :).

После этого поход пошел быстрее, мы вработались в ритм подъема и, несколько раз переходя по мостикам речку Прут и перепрыгнув пару ручьёв, устроили первый более-менее долгий привал, недалеко от деревянной избушки с крышей, но без стен.

А внутри этой конструкции ловко устроилась палатка. Выглядело прикольно.

Друзья-попутчики развалились на рюкзаках и принялись наблюдать, как я испытываю карту для GPS, которую предоставил мне командор. Как всегда во время самого первого запуска, пришлось долго ждать, пока будет показано наше местанахождение, хотя спутников отловленных было уже как собак нерезаных. Ну а потом, случилось обычное, когда я уже сказал себе: «ну и хрен с этой неработающей хренотенью».

Хренотень встрепенулась и показала вполне правдоподобную версию нашего местанахождения. Ну что ж, уже легче.

Отдохнули, встали и пошли дальше, традиционно вверх и вскоре, свернув влево вышли из лесу — был сильный мороз :). На самом деле хорошо светило солнце, прямо в глаз и неслабо припекало. И тут нас ждали две радостные перемены.

Во-первых подъём вверх стал довольно крутым, а во-вторых, вследствие вчерашнего дождя, глина размокла и противно чавкала под ногами. Обувь очень быстро стала отвратительно грязной и штаны подверглись такой же метаморфозе.

И почему-то чем круче шел подъём, тем более мокрой и вязкой была глина, отчего подъём был ну очень спортивным занятием, очень просветляющим и бодрящим. Тем более постоянно приходилось отводить ветви кустарника росшего по бокам тропинки.

Тут у нас возникла мода №1 — мы бескорыстно полюбили приваливаться на привалах.

Регулярно присаживались в более-менее чистых местах и глядели на пройденный уже путь. Иногда фотографировались. А иногда — нет :). Потом снова карабкались вверх. С очередного привала у наспоявилась мода №2 — замер высоты по GPS. Показало 1745 метров. И это чувствовалось, особенно по силе порывов ветра и некоторому падению температуры.

А прямо над нами нависала вершина Малой Говерлы, на которую нам нужно было залезть, дабы потом идти по хребту до Говерлы. Вершина казалась уже такой близкой — только руку протяни и всё тут. Но мы шли и шли, а вершина всё еще нависала над нами. Мы долго шли вперёд, а высота набиралась не так уж и быстро.

Одолели мы наконец эту вершинку и двинули по хребту, который вывел нас на небольшое плато, где был очередной долгий привал. Женя пошла снимать крупным планом цветочки, а мы с Мариной, спустились вниз в расщелину, чтобы покидаться снегом.

Снег был плотный, вблизи грязноватый, а местами даже грязный. В некоторых местах его глубина была такой, что человек ступивший туда, мог ухнуть в снег головой и никто бы его не заметил. Возможно это были остатки какой-то лавины.

Мы с Мариной покидались снегом друг в друга, затем в сидящих вверху на обрыве Диму и Женю, а потом трепались за жисть, причём я, с трудом найдя место, примостился на каком-то камне. А Марина, спокойно возлежала на снегу в своих шортиках и маечке и невозмутимо загорала под горным ультрафиолетом. Смотрелось феерично.

Посиделки закончились, горы ждали нас и манили, манили... Начинался последний этап подъёма, если верить показаниям набора высоты. В этом месте склон Говерлы был похож на обычный зелёный луг, с многочисленными кочками, неровностями и иногда встречающимися камнями, но по прихоти природы расположенный под 45 градусов по отношению к горизонту. И нельзя было точно понять, далеко ли нам еще идти до вершины, или очень далеко.

Спасались привалами, регулярно замеряя высоту. Шли в результате много, а высота набиралас неспешно, можно сказать в эстонском стиле. Чем мне понравился такой крутой склон вверх, так это тем, что можно было спокойно сидеть на нём, не снимая рюкзака и не нужно было этот рюкзак ставить на какое-то возвышение, склон сам являлся возвышением. Женя, из любви к искусству макросъёмки, не обращая внимания на рельеф, сливалась с природой творя макрошедевры, которые я надеюсь всё-таки скоро лицезреть :). Кое-где показывались люди, которые в основном спускались, навстречу нам. Сразу стало понятно, что мы не ищем лёгких путей и хотим испытать подъем на высочайшую точку Украины по полной программе. Шли-шли, шли-шли, ползли-ползли, а верхушка, как будто играла с нами в прятки, то показывалась, то снова отдалялась. Лишь навигатор радовал, бесстрастно показывая набор высоты. Оставалось метров тридцать по вертикали, но как же долго их пришлось проходить по склону.

Говерла

Перед моей поездкой, моя систер спросила меня: «а чем ты бушь там заниматься на этой Говерле?». А потом ответила за меня: «мабуть будеш там... говерлати». Вот и я так думал. Когда мы вышли на плато, которое собственно и являлось вершиной Говерлы, сначала возникло желание «поговерлати нелюдським криком», но народ был чинный, солидный и молчаливый и я решил не пугать никого и вообще расслабиться и получать удовольствие.

Хотел было звякнуть кому-нить по телефону, но связи не было, ну и ладно. Для таких небожителей, коими стали мы — это не самое достойное занятие :). И мы начали осваивать территории. Конечно территория на Говерле, куда обширнее того же Пикуя и гораздо уютнее. Особенно учитывая, погодные условия того единственного раза, когда я был на Пикуе. Я не знаю, какая сила могла бы меня сподвигнуть устроиться тогда на Пикуе на отдых. А здесь — погода шептала и были все условия.

Мы сбросили рюкзаки и устроились недалеко от, так называемой «визитной карточки Говерлы». Место оказалось хорошим с одной стороны и неудобным с другой. Хорошо было то, что там было парочка бетонных кубиков, один из которых послужил нам обеденным столом, вокруг которого мы разложили кариматы и устроились на лежбище.

Визитная карточка Говерлы представляла собою, как бы доску, только из металла, украшенную бляхами-мухами, по числу всех 24-х областей Украины. В каждой такой бляхе, если верить преданию, покоится горстка земли из той области, название которой нацарапано на бляхе. Такая вот карточка и мы живописно, хотя и на свою голову, расположились возле неё.

И сначала всё было очень славно и душевно. Мы медленно, по-напёрстку допивали остатки водки, кушали бутерброды, отщипывали остатки капусты, потихоньку сетуя на отсутствие шампанского. Всем вдруг остро приспичило шампанского, причём даже интересен был не сам факт «бахнуть шампаньолы на Говерле и за Говерлу», сколько захотелось именно тут и именно сейчас ощутить вкус шампанского. Женька размечталась.: «эхх... щас бы «брютика крымского». Ну да, я б тоже брютанул бы во здравие. Но... ничего такого не было. И вообще у нас был дефицит напитков. С жаждой мы боролись поеданием лимонов, парочку которых захватили Брюнетка с Блондинкой — эх, нет вам цены, умеете порадовать :).

Не радовали только, пинающие нас ногами и наступающие на кариматы, толпы туристов, желающих сфотографироваться на фоне визитной карточки. Особенно зверствовал один мужик, громким и противным голосом вещавший: «Винницкая группа...

постройтесь... кучнее... еще кучнее... смотрим... улыбаемся... так... хорошо... еще улыбочку...

готово! Следующая группа, подходим!». Причём сей фрукт постоянно требовал от нас отодвинуться всё дальше и дальше и в конце концов достал так, что мы таки отодвинулись. Кстати, фразу «визитная карточка Говерлы» мы узнали от него, когда он, подведя одну группу к постаменту, сказанул, почему-то глядя на Марину:
«а вот это, уважаемые, есть ни что иное, как визитная карточка Говерлы». Так Марина у нас тоже стала визитной карточкой Говерлы. Правда мигрирующей. Сегодня — карточка Говерлы, а завтра... да кто ж его знает, куда завтра занесёт? По идее, нужно бы во Львов :).

Что еще есть интересного на Говерле, окромя множества всё подходящих и подходящих туристов, среди которых много иностранцев? Естественно четырехгранная остроконечная стелла, символизирующая саму вершину и украшенная множеством надписей, ленточек, фенечек, а также мелькающими телами, фотографирующихся туристов.

Недалеко была установлена капсула, установленная особо отличившимися оптимистами времен Оранжевой революции, в которой было какое-то послание дальним потомкам и которую рекомендовано было вскрыть и прочитать данный манускрипт где-то в 2015 году. Ну ладно, будет стало быть повод зайти в это время на Говерлу и поглядеть, что там такое понаписывали свидетели начала Земного Рая в Украине.

Ну а мы лежали себе, совершенно размякнув от солнца и отдыха, загорали под солнцем, причем неслабо обгорели, как хорошо стало заметно вечером. Я регулярно поднимался и разгуливал по Говерле с голым торсом, было приятно и свежо, разве что в одном месте горы, жестко дул холодный ветер и там было лучше не становиться. Впрочем я был не самый обнажённый из загорающих. Один здоровенный и пузатый папуас, обдолбанный пивом, ваще разгуливал в чём-то напоминающем набедренную повязку и ништяк... не замерз.

Так же я, в целях концентрического развития, время от времени совершал радиальный обход вершины, то по траве, то по снегу, фоткая виды, да и просто любуясь.

Красиво там, чего и говорить, особенно когда осознаешь, что в этой стране, ты уже не сможешь находиться выше, имея землю под ногами.

Жизнь Поднебесной текла своим чередом, не так как внизу, время тянулось как-то непонятно, что я совершенно потерял ощущение времени — этому немало способствовал ранний утренний подъём.

Казалось бы, что уже прошло пару дней, а оказалось, что сейчас около двух часов дня. В один прекрасный момент мы вспомнили, что не сфотографировались на фоне визитной карточки и решили поизмываться над Мариной, устроив фотосессию одной визитной карточки, на фоне другой. Да не просто фото, а фото с подвыподвертом.

Короче говоря, надавив на чувство патриотизма, мы с Женькой заставили Марину целовать бляху Киевской области. Марина сопротивлялась долго и отчаянно, отчего Киевская область так и не удостоилась дочернего поцелуя. После долгих уговоров, угроз, чтения моралей и прочих изуверств, поцелуй достался Гербу Украины, вероятно чтобы соблюсти нейтралитет.

После столь славных дел, мы вдруг вспомнили, что пора и честь знать, что нам сегодня обязательно нужно было попасть на поезд до Львова. Поэтому встали, изобразили бодрость на лице и в теле, собрались и пошли к спуску, глядя на гору Петрос, которая уступает Говерле в высоту какие-то 20 метров, хотя отсюда этого заметно не было, даже наоборот — казалось, что Петрос выше.

Спуск на грешную землю

Начав спуск, мы увидели, вернее пока только ощутили другую Говерлу. Потому что спуск был не по травянистым земляным кочкам, а по весьма подлым каменным ступенькам, что сразу же ощутили наши коленки и вообще тушки. Хотя как подъем, это конечно был гораздо более приятственный вариант и все белые люди поднимались именно так :).

Так мы и трясли костями, периодически оборачиваясь назад и прощаясь с Говерлой. А Марина, чуть не попрощалась с целостью и сохранностью своего нежно любимого организма, как-то где-то оступилась и в попытках устоять на ногах, исполнила такую гопак-партию, что мы только и успели остановиться и рты разинуть. К великому счастью, Марина шикарно исполнив серию каких-то непостижимых приседаний, сначала на одной ноге, а затем на другой, встала без посторонней помощи и продемонстрировала голливудскую улыбку, все мы радостно убедились, что в результате невольного экстрима, никакого вреда ни самой Марине ни окружающей среде нанесено не было и можно было вздохнуть с облегчением. Ну и вздохнули.

Все бы хорошо, но совершенно закончилась вода, капуста и даже лимоны. А освежиться хотелось немилосердно и солнце пекло очень даже по-крымски. Тут мы как раз вышли на травянистый участок с крутым спуском в обе стороны. Глядь, а тут столбик с табличкой, да со схемкой. Если верить схемке, то тут, сравнительно недалеко, якобы какой-то кемпинг. А внизу, метрах в тридцати вниз, избушка на курьих ножках. Короче захотелось воды еще сильнее. Оставили мы дамскую половину сидеть на рюкзаках, а сами с Димой ухнули вниз, для начала к домику. Домик внизу оказался закрыт. Ну и ладно. Водой тут как-то и не пахло. Решили спускаться вниз, пока не найдем источник. Спуск пошёл крутой, а затем очень крутой. Как только стала появляться мысль, что на обратном пути это будет весьма забавный подъем, как тут уловили едва слышное журчание. Прислушались еще — точно. Есть что-то. Еще спуск, прекрасная цветочная полянка, прыжки между цветочков, пласт снега, прыжок через болотце и...

звук ручья уже позади. Оборачиваюсь — вот он ручей, стекает узенькой, но плотной струйкой по склону. Прыжок через болото назад и вот она — ну очень холодная и очень вкусная вода. Набираем всю посуду и чуток отдыхаем. Я по ходу отдыха замечаю, что выдул литр этой ледяной водички и мне уже совсем хорошо.

Пора и назад. Да-а... подъем вверх это хорошо, если б так всё время на Говерлу, да еще с рюкзаками, то визитную карточку Говерлы, на радостях целовали бы все, причем еще в очередь бы выстроились :).

Но поднялись и ладно. Все живы и здоровы. Девушки радостно отбирают у нас бутылки и ожидание ими нас плавно переходит в привал :). Мимо спускается группа человек в десять и, ничтоже сумняшеся просит: «ребят, а ребят, вы водичкой не выручите?».

Командор бодро ответствует любимым ответом: «дык нивапрос!». Группа жадно глядит на наши оставшиеся полтора литра, понимают, что сами этим не спасутся, да и нас обрекут этим на смерть от жажды и... решаются на подвиг. Отправляются за водой нашим путём.

А мы, совсем разомлев, долго рассматриваем крутой спуск вниз, обалденную долину у наших ног, чего-то лопочем и всё классно. Невыносимая лёгкость бытия овладевает нами. Да и природа вокруг отдыхает. Все вокруг тихо и спокойно, лишь где-то над Петросом, в чертогах небесных происходит какая-то суета. В мире облаков и туч над ним, говоря языком бюрократическим, происходит большая текучка кадров.

Облака и тучки меняют свое местоположение и силуэты столь быстро, что от зрелища не хочется отрываться, но при этом всплывает в памяти предсказание нашего доброго сторожа о том, что сегодня тоже будет дождь.

А вот дождя сегодня почему-то не хочется. Во всяком случае не очень хочется. Хотя я никогда против дождя ничего не имею. Весело вспоминаю про то, что мой, безвременно оторванный капюшон, нашёл последний приют на куче угля в кочегарке. Всё классно, но не слишком хотелось бы получить порцию дождя за шиворот, находясь под рюкзаком. Это было столь часто, что элемента новизны в себе уже никакого не несёт, а вот сохнуть потом где-нить на ветру, да еще в ночное время — не самое приятное удовольствие, особенно когда негде устроить костёр.

Отдых сменяется активностью, хочется идти. Идём. Удивительное ощущение, когда путешествуешь с самого раннего утра. Такое ощущение, что прошли уже сутки и множество событий, а на самом деле сейчас всего лишь около трёх часов.

А сколько еще часов идти до посадки на поезд, об этом тоже лучше не думать. Лучше просто идти и получать удовольствие... даже не обращая внимание на то, что шею и лицо, которые уже успели сгореть, продолжает ощутимо румянить солнце. И я ловлю себя на мысли о том, что лучше всего чувствую себя, когда на солнце набегает тучка.

Обернувшись назад можно увидеть Говерлу во всей красе. И отсюда она уже совсем не такая, как в тех краях, где мы поднимались на неё. Отсюда это совсем не тот холм, без чётко видимой вершины. Теперь видно, что это остроконечная гора, а никакой не холм. Ну а глядя, на россыпи валунов, серым ковром спускающихся с вершины, совершенно ясно, что то, что казалось холмом, есть всего-навсего одно из многогранных проявлений Говерлы.

Тут на нашем пути оказывается небольшой ручеек. Ну чем не повод для привала? :). Вот и отлично. Пополняем запасы воды, выбираем места для сидения-лежания. Всем сидится, кроме Марины.

Она вдруг вспоминает идею-фикс, под названием «сухой зал» и решает устроить мне мастер-класс по сухому залу. Для тех, кто в танке, я, так уж и быть, расскажу, что такое сухой зал. Сухой зал — это, господа, такая штука, которая происходит, как ни странно, у пловцов, которые по-определению должны быть мокрыми. Вот и я раньше думал, что у пловцов всё может быть только по-мокрому :). А оказалось, что это целая премудрость. Ну а пока я тут рассусоливаю, как лучше рассказать об этом сухом зале, Марина схватив два каримата, вприпрыжку спускается вниз по склону, где под нашими ногами ярко зеленеет чудный альпийский луг.

Я бегу следом, на всякий случай вспоминая, что так и не успел написать завещания, на тот случай, если сухой зал... иссушит меня до предела :). Когда я спускаюсь вниз, Блондинка старается расстелить кариматы, но порывы ветра не дают этого сделать.

Приходится привалить кариматы булыжниками по краям. Глядя на эти булыжники, Блондинка начинает рассказывать мне, как правильно кувыркаться. Но ничего не показывает. Наверное потому, что не хочет кувыркаться на булыжниках. Если честно, то я тоже :).

На всякий случай, заверяю, что кувыркаться я всегда умел и вроде бы не успел разучиться. Мари облегченно вздыхает и радостно сообщает, что занятие с кувырками закончилось. Я начинаю понимать, что при таком объёме теории в наших занятиях, возможно зря я грешил на сухой зал тем, что не успел написать завещание. Может быть все и обойдётся :).

Переходим к практике. Очень практичной. После небольшой демонстрации того, какие элементы пыток существуют в камере пыток под названием «Сухой зал», Маринка укладывает меня лицом вниз на каримат и начинает мне нежно выворачивать выпрямленную руку, за спину. Через некоторое время, ненадолго останавливается, участливо смотрит на меня, получает хриплый ответ: «продолжайте сударыня» и... продолжает.

Спортсмены — вообще-то жестокие люди, это я и по себе знаю :). Марина продолжает и я чувствую, что готов даже признаться в любом преступлении, которого не то, что не совершал, но даже и помыслить о нем не мог.

Блондинка, продолжает пытку, по ходу рассказывая, что в идеале, рука должна коснуться пола. Представив себе ту пропасть, которая отделяет меня от идеала пловца-баттерфляйщика, я тут же с готовностью сообщаю, что я не то, что не идеален, но и не могу быть идеальным в принципе и даже чуть не признался в том, что несмотря на запреты взрослых, всё-таки брал в детстве у посторонних дядек и тётек разные угощения :). Вот как меня проняло. Марина бесстрастно констатировала факт, что для более-менее начинающего уровня пловца баттерфляем, меня еще пытать и пытать.

Затем повыкручивала мне ноги... и снова повыкручивала, но уже чуть по-другому. Повздыхала, а потом решилась и сообщила, что для нормального человека, или для занимающегося другим видом спорта, такие упражнения не нужны. Успокоила :). Потом мы начали демонстрировать друг другу растяжки и разновсяческие шпагаты. Большой зачёт Блондинке за продольный шпагат! :). Как на картинке. Вот такой случился сухой зал в Карпатах. Сколько было от этого сухого зала, до ближайшего бассейна, или хотя бы нормального водоёма, сказать не берусь. Могу только сказать, что в этот день, никакого плавания не получилось. Зато могу гордиться тем, что мой первый сухой зал был в горах :). Спасибо, Мэри, еще раз! А потом просто началось лежбище. Солнце пригревает, воздух чист и прозрачен, было очень хорошо валяться и особенно приятно находиться босиком. Так мы и жили, разомлев и потеряв ощущение времени. Потом спустилась Женька, тоже заняла лежачее место и... тоже потеряла ощущение времени. Правда потом вернула его, сообщив сигнал точного времени. Оказалось, что время пошло быстрее, чем мы думали и, воленс-неволенс, не мешало бы уже двигать и дальше. А валяться было так славно. Правда я почувствовал, что шея моя получила еще большую дозу ультрафиолета и о том, что будет с моей шеей дальше, я предпочитал не думать. Думал о том только, что какая-никакая, но она останется при мне.

Погода располагала, а время шептало: «в путь, в путь...». Эх, хорошо валяться, но и пройтись не помешает. Свернули всё хозяйство, поднялись наверх, подивившись, почему не устроили привал здесь, на этом уютном лужке и попили водички напоследок.

Лирическое отступление

Может у кого-то сохранился вопрос, особенно для тех, кто каким-то чудом запомнил, как называется сие произведение, а причём здесь всё-таки Рахов? Мой ответ, по-большому счёту, будет простым: «а хрен его знает». Но это только по-большому счёту. А по очень большому счёту, наша непосредственная цыганская душа Маринка-блондинка, за всё время похода самыми разными путями и подходами, норовила сбить нас с пути истинного для того, чтобы мы оказались в Рахове, где обитает её дядька Славик и ваще... где весело и хорошо. Короче Рахов преподносился нам как город высокой культуры быта, дивной красоты, центром Европы и жемчужиной Карпат.

Мы настолько прониклись всеми этими идеями, несмотра на то, что геополитически поездка в Рахов была нам ну никак не выгодна и разговоры о Рахове и приколы над Мариной, в связи с этим, не прекращались во время всего похода. В результате слово «Рахов», употреблённое нами бессчётное количество раз, регулярно переводило Марину от состояния нервного смеха, до угроз покончить с нами всеми одним махом. Один раз мы даже договорились сделать передышку и, таки не упоминать даже слово Рахов, который называли и украинским Парижем и Баден-Баденом и... как мы только его не называли и не склоняли. И, после этих издевательств, держались довольно долго, хотя иногда и грешили... в смысле вспоминали слово Рахов всуе :).

Почти внизу

Поминая Рахов и слушая причитания Блондинки, о том, какие мы сволочи, что нашли столь невинную жертву для своих приколов, мы вышли на горизонтальный участок, поздоровались с сидящими туристами, после этого живых людей мы долго не увидим.

Неживых людей, надеюсь, не увидим еще дольше, тьфу-тьфу-тьфу и тук по дереву. Участок горизонтальный, но петляет среди кустарников и постепенно заводит в лесок. Мы идём хорошо поставленным шагом, поддерживаем бодрый ритм и ничто не предвещает хоть сколько-нибудь маленького привала. Мы просто шустро движемся вперёд, проходя мимо ельника и тут у Марины возникает неуёмное желание, чтобы я...

сфотографировал вон ту ёлочку. Причем желание настолько сильно, что ёлочку она готова сфотографировать и сама. Но фотографировать ёлочку просто, оказывается неинтересно и для оживления пейзажа, планируется выставить меня под эту ёлочку.

Я, вдруг вспомнив бессмертную фразу, гласящую о том, что чего хочет женщина — того хочет бог, не решаюсь прогневить высшие силы и, скинув рюкзак, ибо неудобно с ним прыгать через кустики, налегке лечу под ёлочку. Женя, видя снятый рюкзак, сбрасывает свой, а Марина, решает, что и ей, в свою очередь будет проще снимать натуру без рюкзака и, в итоге, навьюченным остаётся только Командор.

Делается пару кадров, а позади фотографа я могу лицезреть квадратные глаза Командора, в которых сначала молчаливо светится одна мысль «какой нафиг привал??!!», после чего мысль озвучивается вслух в той же форме. Но уже поздно, ибо все сидят или лежат с видом «я не упал, меня уронили» :). После этого рождается умозаключение, что понятие «сделать привал» у Марины означает «сфотографировать елочку». И на будущее, когда мы собирались делать привал, так у неё и спрашивали, с хитрым прищуром: «ну чо, сфотографируем ёлочку?».

Для того, чтобы утешить Командора, решили разобраться в наших картах, а также определиться с координатами местонахождения, что и было сделано. Ну что вам сказать, дорогие читатели? Идти оставалось еще долго :). Определившись с координатами и местонахождением, решили, что идти можно и пошустрее, но почему-то сидели еще достаточно долго. Короче говоря, это был самый спонтанный привал, но и весёлый конечно. Никто ничего не понял, но привалились очень организованно :).

Ну и ладно, поднялись и двинулись дальше. Попетляли по лесу и вышли на очень симпатичный луг, с живописными деревянными домиками впереди. Сделали несколько кадров и прошли вперёд и мимо домиков. Интересно, кто живёт в такой глухомани и не заедают ли их зимой волки, если тут кто-то живёт и зимой? Далее дорога опять спускается вниз и мы встречаем отдыхающих сидя людей с большой рыжей собакой, которая явно хочет отведать человечинки и не стесняется показывать это. На наш вопрос, как пройти к турбазе, нам рассказывают дорогу, не советуя идти по кратчайшему пути, так как там много препятствий.

Благодарствуем, проходим вперед и... решаем идти преодолевать препятствия. Их оказывается предостаточно и являют они собой лежащие под самыми разными углами стволами деревьев, с торчащими ветками. Преодолевать их — сплошное удовольствие. Я в лишний раз, по ходу всех этих перелазов, пролазов, прыжков и уворачиваний от веток, задумываюсь, а нафига всё-таки я брал палатку? :). Я не могу в этот момент не думать о палатке, потому что именно сейчас я ощущаю её во всех отношениях. Она цепляется за всё подряд и я практически нигде не могу пройти сходу.

Наконец это издевательство заканчивается, но я благодарен Карпатам за то, что это всего лишь лёгкое подобие издевательства, особенно вспоминая Карелию, где кроме всего этого, держась за стволы деревьев, прыгая и приседая, либо просто переходя препятствия, приходилось на ходу беспрерывно отмахиваться и отплёвываться от комаров и мошки и всё это счастье происходило в дикую жару, под аккомпанемент наших матерных перлов.

Потом идёт длинная прямая дорога в тенистом участке и это приятно. А затем мы снова выходим на солнечную зону и это не столь приятно, несмотря на то, что солнце уже не жарит, а просто греет и ваще — стремится к закату. Зато открывается дивная панорама, состоящая из огромной горы напротив, густо поросшей лесом и одинокого дерева, глядя на которое, у нас возникает желание... правильно «сфотографировать елочку». Привал-с. Пока я снимаю рюкзак, Марина уже лежит на своём рюкзачке и пытается меня заснять, причём мне сразу понятно, что в кадре я буду вниз головой. Ну и ладно, главное чтобы фотографу удобнее было, ну и ракурса такого у нас еще не было :).

Во время привала, Командор с серьёзным видом показывает на гору напротив, намекая, что нам подниматься туда. Никто энтузиазма не проявляет, глядя на дорожку, по которой еще спускаться и спускаться. Надеюсь, это была его шутка :). Я так думаю, что если бы нам на самом деле пришлось бы лезть в ту гору, то это получился бы полноценный ночной поход в горах и в лесу одновременно. Тоже прикольно конечно.

И снова в путь. По нашим координатам, сразу по окончании этого спуска, внизу нас ждёт турбаза. Вернее она никого не ждёт, но просто по ней уже станет понятно, правильно ли мы вообще идём. Вот мы и идём проверять наши догадки. А с нами идёт ну очень затяжной и неудобный спуск, во время которого постоянно приходится идти по краям размытой дождями канавы, при этом постоянно пытаясь уворачиваться от ветвей придорожных деревьев. Ну а чо делать-то? Так и живём.

От турбазы до деревни

И вот она — турбаза Козьмещик, располагающаяся на реке с одноименным названием. Забавным таким названием, впрочем как и большинство здешних :). Впрочем полноценно назвать её турбазой, язык не поворачивается. Просто понятно, что за обочиной дороги идёт крутой, заросший спуск, а где-то там, чуть дальше, пожалуй кто-то живёт. И здесь у нас происходит достаточно долгий «кариматный» привал, после чего такого уже не будет долго. Ну а пока можно спокойно поваляться в тени, слушая доносящиеся издалека звуки сопилки, затаив на время звуки своей сопелки.

Традиционно приятно валяемся, а впереди нас ждут километров десять, после которых будет иметь смысл искать где-то рядом ж/д станцию. Смысла искать её раньше — просто нету :). Уже вечереет, уже не так жарко и слегка морозит от того, что успел сгореть на солнце. Но это мелочи всё. Главное, что чернослив, курага и изюм пользуются у нас очень хорошим спросом :). Очень правильная вещь в походе, в который раз убеждаюсь. Эх, кабы было больше времени, наварил бы собственноручно овсянки для Женечки. Неужто бы не прониклась?! :) Несмотря на то, что все прониклись отдыхом, на руках нас никто нести не собирался, а вместо этого нас ждала двух-или-более-часовая увеселительная десятикилометровая прогулка по дивной красоты местам, чем мы и решили заняться в ближайшие два-три часа.

Горы для нас закончились. Всё, что они могли сделать для нас, это нависать над нами с обеих сторон и молча провожать нас до тех пор, пока мы не вернёмся в пампасы.

Но пока, зрительно они были с нами, идти было легко и приятно, слева громко журчал Прут, пейзажи время от времени менялись, то места, где хозяйничал человек, то дикие, то слегка окультуренные.

Прошли мы и мимо туристической стоянки, которая была больше похожа на солидной площади загон для скота, огороженный бревенчатой изгородью. Внутри загона было разбито несколько палаток и было немного народу рядом с ними. Какая-то долговязая дама стояла с охапкой дров над костром с видом крайней задумчивости на лице. Как будто думала на тему «если существуют дрова, значит должен же их кто-нибудь бросить в костёр?». Хотя нет, это было бы слишком просто. По-моему там примешивалась еще одна мысль «неужели эти дрова, если их бросить в костер — загорятся?! Вот так вот возьмут — и загорятся??!». В общем что-то такое было в её виде, что мне хотелось крикнуть ей через изгородь: «да ладно, не парься ты, будут еще дрова в твоей жизни — кидай, не стесняйся... но и лес не губи :)».

Я не зря думал про загон, потому что следующий ближайший такой участок оказался именно загоном для крупного коровьего скота. Скот присутствовал непосредственно.

И вообще — здесь начала попадаться живность. А то я, кроме собаки и ящерки ничего не видел больше, разве что слышал... и то — птичек.

А мы все шли и шли, сопровождаемые журчащим Прутом, который то приближался, то отдалялся от нас. Кое-где были фрагменты мостков, снесённые расшалившимся Прутом. Думаю речушка ранней весной даёт жизни и мостики, закрепленные недостаточно крепко и высоко, плывут как плоты до ближайшего затора, после чего служат памятником небольшой стихии.

Сделали небольшую передышку и оказалось, что прошли не так уж и много, хотя времени прошло предостаточно. Впрочем, когда я говорю про время, я это говорю крайне субъективно, потому как за всё время этого похода, я, как истинно счастливый человек, часов не наблюдал вовсе. Мне всё время было прикольно и всё тут :).

Приятно было любоваться окружающими видами, тем более, что ровная дорога позволяла это делать, это вам не горы, где засмотрелся и всё, можешь отдыхать тут на земле, да и то, в лучшем случае. А случаи... они разные бывают. Тут же, была самая большая неприятность — это влететь ногой в коровий блин. Конечно можно и не ногой, но это надо слишком уж постараться :). А ногой — может оно и не страшно. Может оно и к деньгам даже, если примете верить :).

На этом участке мы здорово растянулись — девочки сзади, а мальчики предпоследними шли :). Топали-топали и... еще несколько километров протопали. Потом была смена состава — Женька вырвалась вперед, мы шли рядом и беседовали о Востоке и его всяческих проявлениях: религиях, медитациях, об интересной стране Непал и о том, как вообще туда умудрились влететь Блондинка с Брюнеткой. Интересно так умудрились :).

В связи с тем, что тематика разговора была исключительно духовной и на судьбу мы не роптали, нам воздалось — чуть впереди показалось оно — сельпо, где теоретически можно было купить пиво. Мы за ним все соскучились, окромя Командора. Командор жаждал квасу. В магазине сказали, что пиво есть только «Львовское 1715» и выжидательно глядели на нас, словно такое пиво в этих широтах берёт только какая-нибудь группа риска. Ха, делов-то! 1715? Ёптыть!!! Да хоть 1716!!! :) Мы не щепетильные и этикетками нас не смутишь. Взяли по литре на лицо, Командору достался квас и мы приготовились сделать первый глоток. Когда я задрал голову, чтобы картинно хлебнуть пивасик из горла, я сразу же понял, что хлебнуть получится не только пиво — сзади нас догоняла очень такая некислая тучка, которая как в песне поётся, именно тучка, а вовсе не медведь.

Это придало бодрости и задержка вышла только на КПП. А ваще-то мы просто остановились в симпатичном месте со скамеечкой, напротив двухэтажного домика гостиничного типа. Рядом с нами — другой домик, другого типа. Какого типа? А вот такого. Пока мы с Женечкой разглядывали окрестности, к нам, перейдя мостик от домика гостиничного типа, направился некий субъект, после беседы с которым, стало ясно, какого типа тот домик, возле которого мы сидели. Вернее — чьего типа этот домик. Но это через несколько секунд, а пока... сохранялась интрига.

Человек шел к нам столь решительно и бесповоротно, что мне оставалось только спросить у него: «бить будете, папаша?». Но не успел. Он успел первым и успел представиться. Оказалось, что он — это и есть КПП. После чего подошёл Инструктор Шкундин и уединился с начальником шлагбаума в его чертогах, где популярно разъяснил, что мы пришли с одного конца земного шара, а идем в другой, поэтому про наш славный коллектив осталась всего одна запись — про наше возвращение. А откуда? Неважно, может с гор, а может с небес, что в принципе почти одно и то же.

Ну вот и всё, теперь остается одно, найти станцию поезда, причем найти её быстрее дождя :). Дима почему-то называл эту линию узкоколейкой. Я еще думал, откуда здесь узкоколейка, но ничего не придумал, главное, чтобы можно было залезть в этот узкий поезд, а спать — можно и стоя :). Сзади уже начал погромыхивать гром, мы наддали шагу, а свежий ветер — верный буревестник угостил пылью прямо в глаз. Спасибо конечно, но могло быть и хуже :).

Гром усилился, засверкала молния, причём совсем скоро ударила в землю там, где через некоторое время должны были идти мы. Да-а... как бы это проскочить сей участок.

Но тут начинает поливать дождь и уже не до этого, каждый начинает бежать вперед в комфортном для себя темпе. Мы уже знаем примерно, куда бежать, спросили у аборигенов, посему общее направление выдерживаем. Я вырываюсь вперед, понимая, что бежать нужно очень быстро, потому что плаща на мне сейчас нет и бегу, но потом вижу, что никого из своих уже не вижу. Опускаю рюкзак на мокрую землю достаю дождевик, набрасываю его на голову как накидку и жду товарищей, слушая как дождь барабанит по-моей крыше.

Село Лазещина и её славный вокзал

А товарищи куда-то запропастились, хотя должны уже быть здесь. Еще немного стою, думая о том, что дорога вроде бы одна и свернуть с неё некуда, а штурмовать откос вверху которого пролегает железная дорога они бы не стали. Хотя кто знает? :). Короче делаю шаг навстречу и тут из-за поворота выскакивает Женя, оценивающе глядит на мой прикид, демонстрирует большой палец руки направленный вверх и произносит: «гламууррррненькоо». Я согласен, что вид у меня протокольный, но зато не так мокро, как могло бы быть.

А ведь я уже и так промок — просто мама не горюй.

Наконец-то мы вместе и делаем последний рывок, метров 200 вдоль железной дороги, еще чуть-чуть проходим и видим некое подобие перрона, значит здесь должна быть станция, хорошо бы под каким-нибудь козырьком. А тут рядышком еще и домик одноэтажный, исторической ценности не имеющий (до того, как в нём побывали мы :)), устаревший физически и морально и требующий комплексной реконструкции :).

Но мы не реконструкторы, мы просто туристы и нам нужно укрыться от дождя, поэтому мы дергаем за ручку двери, она поддается и мы попадаем в роскошный холл вокзала.

Наши глаза привыкают к интимному полумраку помещения и мы видим типичную картину. Сама комната, примерно квадратная, метров 5 на 5, из которых примерно метр по периметру всей комнаты «съеден» стульями и скамейками. Итого, по-центру остаётся сравнительно небольшой квадрат пола, на котором мы собираемся жить. А жить нам здесь предстоит до глубокой-преглубокой ночи.

Рюкзаки начинают жить на скамейках, кариматы на полу, а мы на кариматах начинаем накрывать поляну, потому что нам хочется кушать. Я переоделся в сухое и чувствую себя огурцом. И ваще — готовым на подвиги :). И вот, мы возлежим на ковриках, начинаем вкушать и допивать пиво. Где-то в этот момент, всё-таки решаем, что неплохо было бы приобрести билеты. Дима встаёт, подходит к окошку кассы и начинает туда пристально смотреть. Получилось. Кассирша проснулась и, на запрос по-поводу наличия билетов, почему-то ответствовала, что билеты продаст... но попозже. Эту информацию... нужно было переварить. Никто толком ничего не понял, но все молчаливо согласились, что наверное это всё есть неотъемлемая часть какого-то древнего местного обряда и, вероятно, для того, чтобы заслужить возможность приобрести билет, нужно было какое-то время пожить на вокзале и суметь понравиться вокзальному духу :).

И вот так мы очень долго валялись или сидели, или даже полусидели, болтая ни о чём, или болтая ерундой, пока не возник вопрос на тему «а поспать?». Женя, погорячившись, сразу же заявила: «хоть убейте меня, а спать я здесь не буду».

Ха-ха, видели бы вы её потом. Правда она действительно не спала «здесь», но об этом попозже :).

А вокзал потихоньку заполнялся народом, люди приходили и выходили. Какие-то безумные кумовья долго компостировали мозги кассирше, всячески прикалываясь, из разговоров их было понятно, что они висят тут уже дня четыре, непонятно зачем и неизвестно на кой. Наверное не сумели задобрить вокзального духа. Из их разговоров, также стало понятно, что тут есть магазинчик, в котором можно купить чего-нить бодрящего. Мне было влом сидеть на месте и я задумал прогуляться по темноте, просто так, по-любому поводу, ну а если уж и повод появился чего-нить купить, то вообще хорошо. Значит точно иду.

Собрал предварительно заказы, кому и чего купить. Оказалось, что Командор прочно подсел на квас, Женька соскучилась за жвачкой, Маринка за сладкой водичкой, ну а я — за пивом. И отправился, пока товарищи укладывались поваляться.

Выйдя за угол, нашёл безумных кумовьёв, спросил у них как найти магазин. Хм... лучше бы не спрашивал, потому как сначала выслушал противоречивые сведения, по поводу двух магазинов-баров, находящихся рядом, причём, по одним сведениям нужно было зайти в один бар, игнорируя другой, а по другим сведениям, всё наоборот. Такая же петрушка приключилась и с маршрутом, по которому нужно было идти. Короче я понял, что нифига не понял и пошёл искать сам.

Сначала попробовал, было выдерживать направление, указанное Большим Кумом и шёл вдоль линии, до окраины села, недоумевая, какому дятлу взбрело бы в голову организовывать здесь бар. Когда дошёл до огромной кучи брёвен, уложенной высоким штабелем и пахнущую свежей стружкой, остановился подумать. Прошёл чуть дальше, глянул вперед. Впереди тьма �